АЛВА
Первые три главы здесь.
4 глава4 глава
Крики на улице разбудили семилетнюю Алву, спавшую на полу. Обычно она проводила ночь на большой кровати с родителями и братом, но за её плохое поведение днем мать постелила ей на полу. Алва подозревала, что переселили её вовсе не из-за плохого поведения, а из-за огромного живота беременной матери, который занимал почти половину кровати.
Ставни на втором этаже решили не закрывать, потому что ночи последнюю неделю были жаркими. Девочка привстала и осмотрела освещенную луной комнату. Кто-то снова закричал на улице, и вдалеке послышался грохот. Алва, разволновавшись, уже подумала разбудить родителей, но тут постучались в дверь, громко и злобно, как показалось девочке.
— Меррила! Прошу тебя! Меррила! — Приглушенный женский голос, казалось, доносился со всех сторон.
Алва притворилась спящей и слушала, как встал с кровати её отец, как он спустился по скрипучей лестнице и открыл дверь.
— Грегор! — Какая-то женщина плакала. — Грегор, где Меррила? Грегор! Прошу тебя… Умоляю! Помоги мне. Возьми её! Забери! Они убьют её! Они уже здесь…
Проснувшись, Меррила шумно слезла с кровати, что-то недовольно бормоча, и спустилась на первый этаж. Прямо на пороге стояла испуганная и заплаканная женщина, на руках у которой был грудной ребенок. Меррила узнала в ней соседку, с которой часто ходила за грибами и ягодами.
— Они? — спросил Грегор. — О ком ты?
— Охотники! — воскликнула женщина. Меррилу будто на мгновение сковало. Грегор сочувственно посмотрел на ребёнка. — Они уже в городе… Прошу, заберите мою дочь.
— Она магесса? — прошептал Грегор.
— Нет, — женщина покачала головой, — то есть я не знаю. Я… это я магесса.
— Вон! — вдруг закричала Меррила, указывая рукой на дверь. — Вон из моего дома, тварь!
— Прошу тебя…
Меррила оттолкнула мужа и приблизилась к женщине.
— Уходи! — Она вытолкнула её из дома. — Убирайся прочь!
— Нет! — кричала женщина. — Нет! Умоляю! — Она упала на колени перед стоящей на пороге Меррилой. Ребёнок заплакал. — Они убьют её, мою маленькую девочку! Мою дочь! Меррила, у тебя тоже есть дочь! Пойми меня!
— Вон отсюда.
Вдалеке послышались крики и цокот копыт. Меррила увидела стремительно приближающиеся фигуры с факелами в руках. Это были Охотники.
— Они здесь. Они нашли нас. Всё будет хорошо, моя маленькая девочка. Они никогда тебя не получат, —Женщина дрожащими руками гладила свою дочь по голове, пытаясь успокоить. — Слышишь меня? Твоя мама тебя защитит.
— Уходи отсюда! Ты хочешь, чтобы моя семья погибла вслед за твоей? — в страхе кричала Меррила.
Но женщина не встала с земли, даже когда мужчины в красных плащах подъехали к дому. Она судорожно прижимала к себе дочь, смотря ей в лицо.
— Заберите у неё ребёнка, — сказал один из Охотников. — А вас, — он обратился к Мерриле, — прошу зайти обратно в дом.
Двое мужчин приблизились к женщине, и, когда один из них дотронулся до её плеча, она закричала.
— Нет! — Магесса вскочила. — Она не должна платить за грехи матери! Убейте меня! Не трогайте её!
Мужчины проигнорировали её крики. Один схватил магессу за предплечье, другой рывком выхватил ребёнка. Женщина зарыдала. Схвативший её Охотник уже приготовился надевать на неё браслеты, сдерживающие магию, но женщина вдруг неистово закричала и загорелась. Огонь заполыхал по всему её телу, сжигая волосы и одежду на ней. Меррила, испугавшись, чуть не упала на спину, но Грегор успел её поддержать сзади. Магесса пылающими руками схватилась за лицо Охотника, тот завопил от боли. Другой выхватил меч, но приближаться к магессе не стал. Женщина в безумии с криками побежала прямо на него и напоролась на выставленный меч. Жар от её тела заставил мужчину отпустить оружие и отойти. Огонь постепенно потух, и обугленное тело женщины упало на землю.
— Дай ребёнка мне и посмотри, что с тем! — Мужчина вырвал ребёнка у другого Охотника и подошел к лошади, указывая на лежащее тело с обугленным лицом.
— Он мертв, командир!
— Ох… Погрузи тела на лошадь и дай мне мой меч! Нам должны платить по три мешочка золота за такую работу.
Пока Охотники возились с телами, Грегор захлопнул дверь и начал успокаивать испуганную жену. Он повел Меррилу к лестнице, но обнаружил на ней дрожащую дочь. Алва не понимала, что происходит, и боялась, что мать снова отругает её. Но Грегор бережно взял дочь на руки и уложил на кровать рядом со спящим братом. Алва от испуга уже на утро забыла, что видела, а родители никогда больше не говорили о случившемся.
Эрл жил в небольшом двухэтажном, но хорошо обставленном доме. Ина, вертя в руках кружку с водой, сидела за столом и осматривала скучно выполненные картины на стене. Эрл выглядел плохо после вчерашней праздничной попойки. Он боялся, что Ина донесет до королевы и та быстро найдет другого претендента на пост эрла.
— Какова вероятность того, что маг в Нандете? — взволнованно спросил мужчина, стараясь не затрагивать тему своего вчерашнего поведения.
— Не уверена, что конкретно в городе. Может, в окрестностях, — невозмутимо ответила советница.
— О! То есть вы не уверены? — недовольно воскликнул мужчина.
— Вы собираетесь идти против королевской воли? — Советница посмотрела точно эрлу в глаза, но ему казалось, что она смотрит сквозь него.
— Нет, ни в коем случае. Простите. Делайте, что хотите.
— Вы должны известить народ, разослать гонцов в деревни…
— Нет! — тут же возмутился эрл. — Поднимется паника, люди могут перерезать друг друга. Люди могут зарезать меня! Это слишком рискованно! Вы разве не можете всё сделать тихо?
Ина вылила воду из кружки на пол, вставая со стула, и со всего размаха кинула её в стену за эрлом. Глиняная кружка разлетелась вдребезги.
— Я разве сказала, что вы можете это сделать? Вы должны. Если только попробуете сказать что-то против ещё раз, я обвиню вас в измене короне, и ваша семья будет до конца своих дней гнить в темнице. Это в лучшем случае. В худшем я лично перережу глотку вашей неотесанной женушке, а вас, пьяницу и недоумка, скормлю свиньям. Вы меня поняли, эрл?
Мужчина испуганно смотрел на Ину и прошептал:
— Да. Понял.
Из-за прохладного ветра мерзли ноги. Лето закончилось, но ни Алва, ни Аннет, ни любой другой житель окраин ещё не надел сапоги. Почти все крестьяне ходили с перемотанными жесткой тканью ногами. Аннет жалась к сестре по пути к Нандету. Гонцы рано утром разнесли весть по всем домам о выступлении эрла, и Меррила, сама оставшись дома, отправила дочерей послушать.
— Как ты думаешь, что он хочет нам сказать? — спросила Аннет.
— Я уверена, там будет что-то о магах! — радостно воскликнула Алва. — Там не может быть ничего другого! Уж поверь мне.
Аннет не разделяла её радость.
Эрл так же, как и вчера, стоял на площади города. Он ждал, когда соберется больше народу, и боялся. Жители города и деревень спрашивали у него, что случилось. Эрл же просил проявить терпение. Вчерашняя сцена стояла всё там же, но её немного увеличили, позволив эрлу находиться ещё выше. Он надеялся, что с такой высоты его не успеет схватить и растерзать паникующая толпа.
На площади яблоку негде было упасть. Аннет в надежде, что эрл будет громко говорить, предложила Алве постоять в сторонке. Но та хотела видеть его во время речи как можно ближе, поэтому схватила сестру за руку и упорно, расталкивая людей, пошла к сцене. Эрл как раз начал говорить.
— Дорогие жители! — Мужчина старался говорить уверенно, но его руки дрожали от волнения. — У меня для вас есть новость! В нашем городе… — он замолчал и оглядел толпу. — Ох, я не могу… Я не могу… — резко зашептал эрл.
Алва, крепко держа Аннет за руку, появилась перед сценой. Она увидела, как эрл отвернулся от толпы и задрожал, что-то лихорадочно шепча. Это заставило её насторожиться, а толпу заволноваться.
— Жители! — На сцене неожиданно появилась Ина, и Алва вздрогнула. Люди зашептались.
— Кто это?..
— Что у неё с глазами?..
— Она слепая?
— Ей на вид лет десять…
— Мое имя Ина, — она говорила громко, четко выговаривая каждое слово. — Я служу советницей при королеве и являюсь одной из приближенных её величества. Я здесь, чтобы обезопасить вас и ваш дом от страшных существ — магов! — Толпа зашевелилась и загудела. — Я, глава ордена Охотников, извещаю вас о пребывании мага в ваших землях. И щедро заплачу тому, кто расскажет мне хоть что-нибудь насчет него. Мы постараемся как можно быстрее найти мага и обезвредить его.
Аннет прижалась к сестре, стараясь не смотреть на сцену. Алва же наоборот следила за каждым действием Ины. По глазам советницы нельзя было определить, на чем сосредоточен её взгляд, но Алве казалось, что та смотрит именно на неё.
Ина сошла со сцены вместе с эрлом, путь через толпу им расчистили Охотники. Одни жители в панике ринулись домой, другие, обозленные, последовали за Иной. Кругом кричали о смерти и об ужасном правлении эрла, кто-то открыто оскорблял королеву. А Алва осталась стоять возле сцены, крепко сжимая руку сестры.
— Нужно рассказать матери, — сказала она. Аннет кивнула, и сестры отправились домой.
Взбудораженная Алва радостно рассказала Мерриле об услышанном и увиденном, но мать не разделила восторг дочери и даже обругала её за несерьезность. Аннет молча наблюдала за ними.
— Алва, маги опасны…
— Ты мне это уже какой раз говоришь! Я поняла, но то, что я была права…
— Хватит! — прикрикнула женщина. — Ох, Алва, лучше сходи прогуляйся. Мне нужно кое-что обсудить с твоей сестрой.
— С радостью! — раздраженно бросила Алва и рывком вышла из дома, хлопнув дверью.
Улицы непривычно пустовали, а таверна, наоборот, кипела. Казалось, все жители устремились именно туда, чтобы обсудить новость и успокоить себя парой кружек эля. Но народ собрался там не за этим.
В таверну Алву не пустила толпа, крикнув, что нужно соблюдать очередь. «Очередь за элем?» — удивилась девушка. Она хотела уже уйти, но тут из толпы появился Каллеб и схватил её за руку.
— Алва! Маг! — задыхаясь, шепнул ей в ухо парень. Она удивленно посмотрела на его раскрасневшееся лицо и струи пота, стекавшие по лбу. Каллеб резко потянул подругу за руку, нагло расталкивая толпившихся людей. — Мы только за элем! — кричал он.
Столики были пусты, кроме одного, к которому и текла очередь. Алва увидела двух Охотников по бокам от него и Ину, беззаботно покачивающуюся на стуле. «Каждый может задать всего один вопрос советнице, а за вторым ему надо выстаивать очередь снова», ― объяснил Каллеб. Испуганный хозяин таверны лично принес две кружки эля за столик Каллеба. По мужчине сразу было видно, что такое заседание в его заведении ему не по нутру.
Алва бесстыдно пялилась на Ину и прислушивалась к вопросам жителей. Все они повторялись. Кто маг? Как его найти? Грозит ли всем опасность? Сколько Ина заплатит доносчику? Неужели всё это правда? Что у Ины с глазами? Советница отвечала сухо, не смотря на собеседника и отвлекаясь то на вино в кружке, то на собственные сапоги. Особо надоедливых жителей Охотники силой выгоняли из таверны.
Каллеб что-то говорил Алве, но та не слушала. Всё её внимание было приковано к этой маленькой женщине, которая и пугала, и завораживала одновременно. Вдруг Ина прямо во время очередного вопроса повернулась в сторону Алвы. Они встретились глазами, и Алву пробрал озноб, но взгляд она не отвела.
— Подойди, — сказала Ина.
Алва, как завороженная, молча встала и подошла. Каллеб хотел её остановить, но, поймав грозные взгляды Охотников, не стал и уткнулся в мутный эль.
— У тебя есть какой-то вопрос? — Ина отпила немного вина и посмотрела на возвышающуюся над ней Алву.
— Насколько маги опасны? — неуверенно спросила Алва первое, что пришло ей в голову.
Ина усмехнулась и отвела взгляд.
— Они опаснее, чем ты думаешь, девочка.
— Опаснее вас?
Кто-то начал толкать Алву в спину, возмущаясь, что она прошла без очереди и задает уже второй вопрос. Охотники быстро отогнали их.
— Ха! — Ина улыбнулась, но со стороны это было больше похоже на оскал. — Ты мне нравишься. Ты смелая. Но смелые обычно глупые, а глупые умирают быстро, — Алва шумно выдохнула. — Уходи.
На ватных ногах девушка вернулась обратно к столику. Ей вдруг стало так страшно, что захотелось убежать домой. Каллеб это заметил и бережно сжал её руку.
— Пойдем подышим свежим воздухом, — сказал он и вывел подругу на улицу.
Нандет и близлежащие к нему деревни обнимала двумя рукавами река — северным и южным. Северный рукав был более глубоким и быстрым, в отличие от южного, где в самом глубоком месте вода еле доставала до бедер. Единственный путь из Нандета к столице и другим городам пролегал через широкий каменный мост над северным рукавом.
Алва сидела на траве недалеко от берега и наблюдала за бегающими по мосту детьми. Рядом сидел Каллеб, жующий какой-то стебель, и предательски молчал, когда Алве ужасно хотелось с ним поговорить. Она посмотрела на его профиль и удивилась, как из тощего мальчика с неестественно длинными руками и большой головой смог вырасти такой красавец. Даже неоднократно сломанный нос делал Каллеба милым в глазах девушек, которые знали, что мечтать о женитьбе с ним бессмысленно, и наслаждались лишь его присутствием в постели. Каллеб заработал репутацию легкомысленного сердцееда, которая вызвала негодование родителей и неприязнь со стороны знакомых парней. Он потерял всякую надежду на создание семьи и наличие друзей. Только Алва осталась рядом.
— Я была права, — сказала девушка. — Понимаешь? — Она ткнула парня локтем в бок.
— Нашла, чем гордиться, — Он выплюнул стебель. — Посмотрим, как ты запоешь, когда найдут чей-нибудь обугленный труп. Что вообще на тебя нашло? Спокойно подойти к самой главной из всех Охотников и умудрится там съязвить! Совсем страх потеряла?
— Ты всегда был такой занозой в заднице или только сейчас? Она такая необычная, эта Ина. Видел её глаза? Как будто в безоблачное небо смотришь.
Каллеб рассмеялся, а потом вдруг нахмурился и уставился в траву.
― Эй, ― насторожилась Алва, ― ты в порядке?
— Обещай мне, Алва, что мы всегда будем рядом, что бы ни случилось, — сказал он, смотря подруге прямо в глаза.
— Ты что, меня в жены вздумал взять? — улыбнулась Алва. — Дурак ты какой-то, Каллеб. Отстань со своими любовными обещаниями.
— Я тебе сердце своё открываю, а ты! — Он толкнул Алву в плечо и рассмеялся. — Взять в жены такую, как ты, было бы очень глупо даже для меня.
— То же самое могу сказать о тебе! — Девушка резко вскочила с земли и дала Каллебу подзатыльник. — Попробуй догони меня, разнеженный петух!
— С твоими бедрами ты скорее покатишься, как бочка, нежели побежишь! — рассмеялся Каллеб и устремился за убегающей к городу Алвой.
Очередь к таверне порядком уменьшилась, а улицы наполнились гуляющими жителями. Алва бежала через площадь, но Каллеб уже почти наступал ей на пятки. Признав поражение, девушка остановилась, и смеющийся парень чуть не повалил её на землю.
— Алва! — Низкая девушка стояла рядом с овощным прилавком недалеко от Алвы. — Моя милая подруга! Я так давно тебя не видела.
Алва только по одному голосу узнала, что это Нова, её близкая подруга. У Алвы было много хороших знакомых, но с Новой они провели всё детство вместе, и хоть сейчас они общаются меньше, Алва всё равно считает её своей подругой. Нова же старается ко всем относиться одинаково хорошо. Кажется, что она любит всех и не любит никого одновременно.
— О, Каллеб, с каждым днем ты выглядишь всё лучше и лучше, — Нова стояла рядом с ними и неуклюже поправляла волочащийся по земле подол платья. Женщины вокруг давно возмущались, что можно было уже подшить длинную юбку, но Нова отнекивалась, что не создана для хозяйских дел.
— О, Нова, замужество тебе пошло только на пользу, — ответил Каллеб. — За два года ни разу не испортила свою фигурку беременностью.
— Спасибо, маленькая льстящая курочка, — девушка ткнула его в бок и обратилась к Алве: — Я совсем недавно видела твоих брата и сестру. Аннет выглядела крайне беспокойной.
— Да? Ты случаем не знаешь, где они сейчас? — спросила Алва.
— Хм, — Нова нахмурилась и осмотрела площадь, а потом резко вскрикнула, указав Алве за спину: — О! Вон же они!
Алва, повернувшись, увидела Аннет и Доминника.
— Алва! Забери уже свою сестру! — крикнул недовольный Доминник и подошел к старшей сестре. — Мне с ней ни эля выпить, ни с друзьями посидеть спокойно нельзя. Мать сказала, что в связи с каким-то магом Аннет не может выходить из дома одна.
— Как это в связи с каким-то? — возмутилась Нова.
— Кто-то видел этого мага? — спросил Доминник. — Нет! Значит и мага нет. Всё это дудки.
— Какой у тебя глупый братец, Алва.
Парень махнул на них рукой и направился к друзьям. Аннет беспокойно жалась к Алве и дергала её за рукав рубашки.
— Что случилось? — спросила Алва.
— Мама сказала… — прошептала Аннет и взволнованно оглянулась по сторонам. — Она… решила подыскать мне жениха.
— Что? — крикнула Алва.
Каллеб вздрогнул от крика и неуверенно сказал:
— Ну, наверное, можно тебя поздравить. Да? Можно же?..
— О, Аннет! — воскликнула Нова и резким движением прижалась к девочке. — Нам нужно срочно выпить за это!
— Ты совсем спятила? — спросила Алва. — Ей даже четырнадцати нет, а ты её споить удумала.
— Не хочу напоминать, во сколько ты выпила свою первую кружку эля… — сказал Каллеб.
— Вот именно, Алва! Ты-то не познала всего счастья замужества, а Аннет придется. И, поверь мне, она, будучи замужем, будет выпивать эля больше, чем ты за всю свою жизнь, — Нова бережно гладила обескураженную Аннет по голове. — Только эль и другие мужчины помогут тебе выжить замужем, деточка.
— Хватит, Нова, ты только больше её расстроишь, — Алва притянула к себе сестру.
— Аннет не обязательно поить, если что, — влез Каллеб. — А вот меня — обязательно. Так что пошли, — он взял под руку Нову и направился к таверне.
— Мама сказала, что смотрины будут через неделю, — сказала Аннет, обнимая Алву.
— Я ещё поговорю с ней, не бойся.
Таверна уже возобновила работу. Большая часть столиков пустовала, а прислуга вяло протирала столы и разносила выпивку и еду, изображая усердную работу. Когда Алва зашла внутрь, Каллеб с Новой уже допили первую кружку эля и беседовали. Сестры сели рядом с ними, и Алва подозвала прислугу, чтобы заказать свой любимый тыквенный пирог.
Музыканты в углу вяло и скучно бренчали на инструментах. Алве из-за этих звуков хотелось уснуть и умереть одновременно.
— Есть серебряный? — Она наклонилась к Каллебу.
— Не, у меня только медяки и только на эль, — отмахнулся парень.
— У меня есть! — встрепенулась Нова и начала шарить по карманам жилета.
Алва с восхищением посмотрела на её новое платье с темной цветочной вышивкой по краям и на чуть поблекший жилет с брошью на груди. Нова всегда ходила в ярких платьях, которые не каждая девушка могла себе позволить даже на праздники, несколько раз в год она меняла вышивку на одежде и летом ходила в светлой обуви с жестким каблуком, который весело стучал по деревянному полу, когда Нова танцевала. Все знали, что она, будучи сиротой, вышла замуж за полоумного сына старейшины деревни, где живет Алва, только из-за денег и дома. Она этого не скрывала и не стыдилась. Как и не стыдилась того, что ночи проводит в чужой постели с чужими мужчинами.
Большая монета весело блеснула, упав перед Алвой на стол стороной с криво изображенной короной. Девушка взяла её и подошла к музыкантам.
— Что-нибудь повеселее, пожалуйста, — сказала Алва, протягивая одному монету. Ритм начал нарастать, и кто-то из музыкантов запел.
— Вот теперь можно и потанцевать! — весело сказала Нова и залпом выпила оставшуюся половину кружки.
Она вышла в центр зала и закружилась в танце. Каллеб весело подбадривал её, смеясь и хлопая в ладоши. Резкие и неловкие движения пьяной Новы, быстрый темп музыки, кружка эля и духота в таверне уносили Алву куда-то далеко. Юбка на кружащейся подруге размылась в светлое пятно, а ком медленно подходил к горлу. Алва посмотрела на смеющегося Каллеба и ужаснулась. Его лицо исказилось от хохота, а глаза почернели. Алве казалось, что его рот начал расширяться до размеров комнаты и поглощать её.
Аннет взяла сестру за руку. Алва вздрогнула, и всё вернулось на свои места.
— Ты в порядке? — спросила Аннет. Алва кивнула.
Прислуга с недовольным лицом принесла пирог. Каллеб сразу потянулся к нему, но Алва грозно посмотрела на парня, и тот потерял всякий интерес к пирогу.
— Алва, ну что ты сидишь и не танцуешь со мной? — спросила Нова и села за стол. — Нужен ещё эль!
— Сейчас я доем и обязательно пущусь в пляс, — ответила жующая Алва.
— Народ что-то попёр, — сказал Каллеб и кивнул в сторону пришедших людей. Алва оглянулась и заметила, что почти все столики заняты.
Мимо них проходили знакомые мужчины и здоровались с Новой, то хватая её за руку, то поглаживая по плечу. Некоторые наклонялись к её уху и что-то шептали, заставляя Нову притворно хихикать. Алве было неприятно от похотливых взглядов мужчин, а Нове будто бы было всё равно на порочащий её шепот окружающих за спиной.
Каллеб, заметив знакомых девушек, пошел танцевать и утянул за собой грустную Аннет с позволения Алвы. Она, посмотрев на младшую сестру, никак не могла понять, почему они такие разные. Ей казалось, что они поменялись местами: это Аннет надо бы совершать безумные поступки и быть безрассудной, а Алве — думать хоть о чем-нибудь.
— Она так молода, — грустно сказала Нова. — Где наши четырнадцать лет, а?
— Так говоришь, будто тебе под пятьдесят и помирать пора, — отшутилась Алва.
— Ну, знаешь ли, осталось всего ничего, а я даже на мир не посмотрела! Тухну в этом городе вместе с вами. А, может, у меня душа птицы, и мне нельзя сидеть на месте, ― девушка вскочила и начала танцевать, отбивая ритм каблуками. ― Ну же, Алва, попляши уже со своей любимой подругой!
Алва рассмеялась, схватила Нову за руку и потянула в самый центр комнаты, расталкивая посетителей. Они, полупьяные и счастливые, танцевали, пели и смеялись, нисколько не стесняясь. Алва посмотрела на свою сестру, которую бережно крутил в танце Каллеб, на Нову, чье лицо некрасиво раскраснелось от эля, танцев и духоты, а светлые волосы слиплись от пота, и ей вдруг захотелось прожить оставшуюся половину жизни именно так и именно с этими людьми.
Домой они шли уже поздним вечером. Большая часть жителей заперла двери и ставни в своем доме и наслаждалась сном после длинного дня. На ясном ночном небе показывались первые звезды, когда Нова, держась за трезвую Аннет, распевала песни, а Каллеб рассказывал Алве о своем желании уехать в столицу.
― Собрался покорять столичные таверны? ― спросила Алва.
― Нет, я хочу наконец-то заняться чем-нибудь, ― серьезно ответил Каллеб. ― Найти работу, стать каким-нибудь ремесленником или торговцем, например.
― Жизнь крестьянина тебя не устраивает?
― Чтобы им быть, надо хотя бы семью большую иметь. Мы уже с тобой вряд ли на собственных свадьбах побываем…
― Но-но-но! ― встряла Нова. ― Алва ― прекрасная девушка в самом своем расцвете, она с легкостью найдет себе какого-нибудь мужчинку. А вот ты, Каллеб, уже староват, это да, поэтому ты должен взять меня с собой в столицу!
― А как же твой муженек? ― спросил Каллеб.
― Ой, ну вот давай не будем о плохом! ― Нова толкнула парня в плечо и со смехом выбежала перед ними. ― Кстати! ― Но тут же резко остановилась. ― Про жениха! У нас же тут к Аннет скоро свататься парни приедут!
― Один вообще-то… ― робко ответила девочка.
― Неважно! Важно то, что все юные девицы должны узнать о своем будущем муженьке заранее! ― сказала Нова и обняла Аннет за плечи.
― Заранее? Как это? ― удивилась Аннет.
― Погадать надо!
― Погадать?
― Нова обожает это дело. Но гадают обычно за две недели до праздника… ― сказала Алва.
― Это совсем неважно! ― весело воскликнула Нова, подбегая к сестрам. ― Опыт показывает, что место гадания намного важнее времени.
― И где мы будем гадать?..
― Возле южной реки, конечно! Там всегда самые точные предсказания.
― Мама говорила, что там волки в лесу, ― неуверенно сказала Аннет.
― Глупости это всё, ― ответила Алва. ― Волков там уже лет сорок не видели.
― Не опасно ли, а? ― встрял Каллеб. ― Маг же в Нандете.
― О, Каллеб, когда это ты стал таким мухомором? ― возмутилась Нова.
― Я как бы переживаю.
― Ну, пусть он пойдет с нами на всякий случай… ― сказала Алва.
― Нет-нет-нет! Ни в коем случае! Никаких мужчин на гадании!
С Новой никто не стал спорить. Каллеб пожелал им удачи и направился домой, а девушки ― к реке. По пути они заглянули домой к Нове, чтобы взять зеркальце ― неотъемлемую часть гадания.
― Опять нечистых духов вызывать вздумала? ― проворчал староста, свекор Новы.
― Когда это я их вызывала, батенька? Не было такого!
― Не шуми, девка, спят все. А вы две, ― мужчина обратился к Алве с Аннет, ― отцу своему передайте, что зайду завтра.
Вот есть люди, жалующиеся на боли во всех частях тела, когда у них ничего не болит. Староста действовал наоборот, у него всё болело, но ни на что он не жаловался. Алва посмотрела в его мутные голубые глаза, и ей показалось, что там собраны все страдания людей. Первая его жена умерла при родах и оставила ему полоумного сына, а вторая так и не смогла забеременеть. Потом в их семье появилась Нова, которая редко ночевала дома, часто просила деньги, но всегда улыбалась и с радостью выполняла мелкие поручения. Жизнь стала светлее из-за этой белокурой девицы.
Луна сейчас единственная освещала путь девушек к реке. Алва уже несколько раз, когда наступала на колючие ветки, жалела о том, что Нова переубедила её брать факел. Деревня Алвы стояла недалеко от южного рукава, но между ними были огромные кусты малины, крыжовника и боярышника. Нова безуспешно пыталась отыскать тропинку.
― Пойдем напрямик, ― заключила она.
― И ты выколешь себе глаза какой-нибудь незаметной веткой, да, ― ответила Алва.
― Тогда помоги мне!
Тропинка оказалась совсем в другой стороне, и на неё случайно наткнулась Аннет.
― А теперь раздевайся! ― весело сказала Нова Аннет, когда они подошли к воде.
― Что? ― удивилась девочка.
― Ты что, не знаешь, что гадать нужно абсолютно голой? В общем, раздевайся и ступай на середину реки, держа зеркало в левой руке, ― Нова передала зеркальце и направилась к ягодным кустам. ― Я пока поем.
Алва помогла сестре снять платье. И девочка, крепко сжимая в левой руке зеркальце, пошла к середине реки.
― Ну как? Холодно? ― спросила Алва.
― Немного.
― Ты должна погрузиться в воду по грудь, ― сказала Нова.
― Но тут чуть ли не по колено!
― Значит садись!
Аннет вздохнула и села на дно. Вода уже успела остыть, и Аннет было крайне некомфортно. Слева от неё виднелся темный лес, а справа стояли Нова с Алвой. Она еле могла разглядеть их силуэты в темноте.
― Опусти в воду левую руку, а пальцем правой руки крути по воде прямо над зеркалом и скажи три раза шепотом: «Река-речка, дай на жениха посмотреть». Потом возьми правой рукой зеркало и внимательно смотри.
― Но я даже своей руки не вижу в воде!
― Просто смотри!
Девочка молча начала выполнять указания, а Нова опять пошла к кустам.
― Как думаешь, что это? ― спросила она, показывая Алве красную ягоду.
― Боярышник, наверное.
Нова понюхала ягоду и сунула в рот, но через мгновение выплюнула, корчась.
― Да, боярышник.
Аннет уже прошептала слова и теперь внимательно смотрела в темноту воды. Алва, волнуясь, громко спросила:
― Видишь что-нибудь?
― Тс! Не отвлекай её! Вот ты сейчас нарушишь весь процесс и придется начинать заново, ― возмутилась Нова.
― Кто здесь? ― послышался грубый мужской голос в кустах.
Алва с Новой вздрогнули и оглянулись.
― Нас убьют, ― испуганно прошептала Нова, схватившись за руку подруги.
― А ты кто? ― громко спросила Алва.
Она видела силуэты троих человек, уверенно двигающихся прямо к ним. Нова со всей силой сжимала руку Алвы и старалась спрятаться за её спиной. К ним подошли трое парней, но в темноте трудно было сказать, знакомых или нет.
― Кто это у нас тут? ― сказал самый высокий. ― Неужто Алва из дома Линтар и её подружка-шлюшка?
Алва напряглась, услышав, как он назвал Нову. Она оглянулась на реку, чтобы посмотреть на Аннет, но не обнаружила её там и начинала паниковать.
― Что-то мне незнаком твой голос, ― сказала она, пытаясь сохранить уверенность в голосе.
― Что вы забыли здесь ночью? ― спросил другой мужчина. Алва смогла разглядеть бороду на его лице.
― Одежду стираем.
― А мы вот искупаться решили, ― смеясь, сказал высокий и начал раздеваться. ― Не хотите присоединиться?
Алва поморщилась и поблагодарила Великую Шестерку за темные ночи. Нова за её спиной тряслась от ужаса.
― Нет, спасибо.
― Может, Нова захочет? ― К ним подошел третий парень. ― Ей нравятся приятные мужчины, ― сказал он и потянулся к Нове.
― Только тронь её, и я тебе руку сломаю, ― прошипела Алва, загораживая собой подругу.
― Ладно-ладно, красавица.
Мужчины отошли от них к реке и принялись раздеваться. Алва схватила одежду Аннет и, держа Нову за руку, пошла по берегу реки, высматривая Аннет на другом.
― Алва! ― послышалось из кустов. ― Я здесь.
― Ох, Аннет! ― Алва побежала к сестре, которую еле разглядела в кустах крыжовника. ― Я так напугалась.
Они обнялись, и Алва помогла сестре одеться. Нова всё это время молчала и испуганно оглядывалась по сторонам.
― Всё могло кончиться хуже, ― полушепотом сказала она, когда девушки уже шли по деревне.
― Да, ― ответила Алва и обняла подругу. ― Пойдем проводим тебя. Всё хорошо.
― Надо было всё-таки Каллеба с собой взять.
Сестры проводили Нову и пошли домой. Аннет надеялась, что родители уже уснули и не заметили их отсутствия, а Алва переживала за Нову. Она не знала, как к ней относятся другие жители, а тут незнакомый парень показал ей.
― Так что ты увидела в зеркале? ― спросила она у Аннет.
― Ничего, ― солгала девочка.
5 глава5 глава
Алва была неугомонным ребёнком. Деревенские женщины повидали множество детей, но эта девочка всегда удивляла и возмущала их. После очередной игры с Каллебом, после которой Алва осталась с разбитыми локтями и коленками, она пошла в церковь, чтобы проведать Нову. Сейчас подруги уже не могут точно вспомнить, сколько им было тогда лет, но разговор с преподобной матерью, которая ещё тогда была послушницей и звалась Розой, они запомнили хорошо.
Девушка очищала куриную тушку от перьев, а Нова, которой было противно даже смотреть на это, сидела рядом и перебирала ягоду. Алва с трудом открыла дверь и вбежала внутрь с криками:
― Нова! Нова! Мы видели белку!
Мерриле не нравилось, что её старшая дочь таскается с сироткой, когда кругом было полно приличных девочек. Она частенько говорила об этом Алве, но та только отмахивалась рукой и искренне не понимала, как наличие семьи влияет на дружбу.
― Большая белка была? ― заинтересовано спросила Нова. ― Вы поймали её?
― Нет, конечно! ― возмущенно воскликнула Алва. ― Она слишком быстрая.
― Алва, нельзя обижать животных, ― сказала Роза. ― И людей тоже.
Девочка слышала эти слова по несколько раз на дню, поэтому просто промолчала и села рядом с Новой. Возле неё стояли три корзинки: с собранной клубникой, с перебранной клубникой, с листиками от неё. Руки подруги были розовыми и липкими, но Алва всё равно взяла её за руку и прошептала прямо в ухо:
― Он спрашивал у меня про тебя.
Нова ответила хихиканьем и снова принялась перебирать ягоду. Алва не интересовалась мальчиками, но всем говорила, что, конечно же, интересуется. Это было проще, чем объяснять другим, что они кажутся ей глупыми и некрасивыми. К Каллебу она относилась так же, как к Нове, ― с нежными дружескими чувствами. А вот Нова каждый день влюблялась в кого-то нового. Сегодня это был соседский мальчик-ровесник, завтра это будет городской парень на десять лет старше, но её любовь никогда не уходила дальше разговоров и хихиканья с Алвой.
― О чем шепчетесь? ― спросила Роза, улыбаясь.
― Да так... О всяком, ― ответила ей беззубой улыбкой Нова.
― Хотите, расскажу вам о Великой Шестёрке?
Девочкам нравилось слушать истории о Великой Шестёрке, но любимые моменты у них были разные: Алве нравились истории о приключениях и боях, а Нова предпочитала любовные похождения, воображая повзрослевшую себя на месте любимых дам.
― Вы ещё ни разу не слышали эту историю, я уверена, ― сказала Роза и посмотрела на заинтересованных подруг. ― История о королевской семье... ― Девочки ахнули. При упоминании королевской семьи они почувствовали восхищение и благоговение.
― О короле и королеве? ― тихо спросила Нова.
― Да, и о предыдущих королях, и королевах, и их детях. Вы знаете, что старшего из Великой Шестёрки звали Дурмат. Он был первым королем нашей страны, и от него идёт весь королевский род до сих пор. Его женой была смелая Целеста, белокурая красавица, умная и добрая. Она была замечательной королевой и замечательной военачальницей.
― Она вела войска?
― Да, Алва, она и сама хорошо владела мечом, а в стрельбе из лука никто не мог с ней сравниться. Король и влюбился в неё, потому что она была отважной и сильной...
Роза рассказывала о королевской семье так, будто видела всё своими глазами. Девочки знали, что всё это можно прочитать в книгах, но читать они не умели, да и слушать было намного интереснее. Они узнали, что Целеста родила пятерых детей, двое из которых погибли в бою. Вскоре на престол сел её старший сын, а потом его старший ребенок, и так каждый раз после смерти короля и королевы начинал править их старший сын или старшая дочь.
― Ещё до вашего рождения на престол села наша королева Джанет. Она вышла замуж за одного влиятельного дворянина и родила троих детей.
― Она хорошая? ― спросила Алва.
― Конечно! Все наши короли и королевы хорошие, Алва. Никогда не смей в этом сомневаться, ― возмутилась Роза.
Через год королева Джанет приняла закон об истреблении магов.
Свадьба Новы, которую устраивали два года назад, была пышной и шумной, ведь девушка выходила за сына старейшины, самого влиятельного и богатого человека в деревне. Людей было так много, что Алве казалось, будто там собрались не только все жители деревень и Нандета, но и других близких городов.
Она посмотрела на мужа подруги, болезненного и худого парня, уставившегося перед собой и никак не реагирующего на происходящее. Говорили, что он даже нужду справить самостоятельно не в силах. Нова знала, что ни одна уважающая себя девушка ни за что не выйдет за такого замуж, но ей было уже девятнадцать, и она всю жизнь прожила в церкви. Она видела в замужестве свободу.
Алва всю ночь напролет, пока длилась свадьба, танцевала с невестой и, не переставая, пила эль. Она радовалась за подругу и в то же время боялась, что та совсем о ней забудет. Отчасти так и произошло: Нова первый год старалась общаться только с замужними девушками, редко выходила из дома. Позже она, осмелев, уже позволяла себе напиваться в таверне и спать с другими мужчинами. Как раз в один из таких вечеров она пришла в таверну, чтобы отдохнуть, и увидела там Алву, с которой последнее время только здоровалась. Девушки переглянулись, но не заговорили.
― Вы что, даже не здороваетесь? ― спросил Каллеб, сидевший рядом с Алвой.
― Видимо, не здороваемся, ― раздраженно ответила девушка и уставилась в мутный эль.
Нове почему-то стало очень грустно, когда она увидела бывшую подругу, и она хотела уже уйти, как к ней пристал один из постояльцев. Девушка плохо запоминала лица и имена парней, с которыми спала, да ей это и не было нужно. Он дышал на неё перегаром и пытался залезть под юбку на глазах у всех.
― Нет, я сегодня не в настроении. Отвали, ― тихо отвечала она ему.
― Ну что ты, забыла, как я хорош? Не отнекивайся, Нова, я заплачу за комнату наверху.
― Я сказала, нет! Никуда я с тобой не пойду! ― крикнула Нова и попыталась оттолкнуть парня, но тот ещё сильнее полез к ней.
Алва не смогла спокойно смотреть на это и сразу же подлетела к ним, как только услышала крик подруги. Она схватила парня за плечи и откинула на рядом стоящий стол. Парень не смог удержаться за него и рухнул на пол. Посетители зашевелились.
― Ты оглох, парень? Не знаешь, что значит нет? ― спросила Алва. К ней подбежал веселый Каллеб, чуявший приближение драки.
Парня подняли с пола, и он, пыхтя, размахнулся на Каллеба, но тот отступил, и парень невольно сделал шаг вперед, ударив Алву точно по лицу. Каллеб от такой наглости набросился на обидчика под одобряющие звуки толпы. Алва же попятилась назад в руки Новы и, смеясь, выплюнула кровь на пол.
Нова с ужасом посмотрела на подругу, на кровь текущую из её носа и вдруг заплакала, прижимаясь к груди Алвы. С того дня они вновь разговаривала каждый день, ходили вместе в таверну и просто гуляли вдвоем по окрестностям, как будто не было между ними годовой разлуки.
Они сидели возле реки и ели приготовленные Меррилой пирожки. Аннет носилась сзади них, распевая какую-то песню, услышанную от матери, и никто не мог подумать, что через неделю эта девочка выходит замуж. Алва не смогла переубедить мать, но уже придумала план, как отвадить парня от сестры. Нова даже согласилась помочь ей в этом.
После того дня, как они устроили гадание для Аннет, Каллеб как будто отдалился от них, и только Нова это заметила.
― Вы поссорились с Каллебом? ― спросила она у Алвы.
― Нет, ― ответила та. ― Он просто вдруг нашел себе занятие. Сказал мне, что уедет в столицу! Я посмеялась, а он обиделся и ушел.
― И ты говоришь, что вы не поссорились? ― удивилась Нова.
― С ним частенько такое бывает. Надо просто подождать.
В городе уже стало спокойно. Казалось, что о маге все забыли, даже Алва. Каждый занимался своим делом и готовился к зиме. Аннет села на траву рядом с ними. Алва посмотрела на её красное лицо и поняла, насколько её сестра выросла. Она уже не та маленькая неуклюжая девочка, которая еле успевала за взрослыми друзьями старшей сестры. Алва ещё раз посмотрела на Аннет, и у неё вдруг появилась идея.
Сёстры проводили Нову до дома и направились к южному рукаву реки, где проводили гадание. Аннет всю дорогу спрашивала, куда они идут, но Алва не говорила, а просто тащила сестру за собой.
Возле реки они вдруг свернули направо и пошли вдоль неё. Алва по пути срывала разные ягоды и ловко закидывала их себе в рот. Аннет же пристально смотрела на безмятежную гладь воды, но ни на шаг не отставала от сестры. Они дошли до густого елового леса, совсем такого же, как на другом берегу реки. Казалось, что они раньше были одним целым, но река-злодейка разделила их пополам.
― Зачем ты привела меня сюда? ― устало спросила Аннет.
― Ты водишь! ― воскликнула Алва и легонько коснулась ладонью сестринского плеча. Со смехом она вбежала в лес, оставив обескураженную Аннет в одиночестве. Но девочка, недолго постояв, устремилась за старшей сестрой.
Алва бежала прямо иногда виляя между деревьями. Она вела сестру напрямик через лес, за которым находилась другая деревня. Вела так же, как они раньше бегали в детстве, догоняя друг друга.
Их детство было игрой. Аннет плохо бегала, но Алва всегда ей поддавалась, а потом бежала за ней по чужим полям, подгоняемая криками разъяренных хозяев. Коса медных волос младшей сестры выделялась среди светлых колосьев пшеницы. Шум ветра среди елей, их детские крики и смех смешались в один прекрасный звук, который до сих пор был для Алвы олицетворением счастливого детства.
Их игры прекратились, когда Аннет исполнилось девять. Алва заметила, что сестра начала всё чаще отказываться от игр, сидеть дома, помогать матери и меньше смеяться. Тогда их любимыми делами стали мытье и ночные разговоры. Алва помогала наливать воду в большую деревянную бадью и мыть длинные волосы сестры.
Подол платья Аннет цеплялся за траву и мелкие кусты, но девочка всё равно бежала до тех пор, пока среди деревьев не мелькнул силуэт. Она подумала, что это Алва, и бросилась к нему, но вскоре он мелькнул в другой стороне, и Аннет сразу поняла, что это не её сестра. Со всех сторон вдруг зазвучал знакомый шепот, а руки девочки затряслись. Она закричала.
Услышав крик, Алва понеслась со всех ног назад, выкрикивая имя сестры, но никак не могла её найти. Ей казалось, что она бегает среди деревьев целую вечность. Она думала, что скажет матери, почему она вернулась домой без Аннет, почему она вообще потащила её в этот проклятый лес. Но в какой-то момент она заметила среди темных стволов скрючившуюся фигуру Аннет в светлом платье. Девочка вжалась спиной в дерево и закрыла лицо руками. Алва, ничего не спрашивая, обняла её, опустившись на колени.
― Всё хорошо. Я с тобой. Я всегда буду с тобой.
Она вывела сестру из леса и отвела домой. Аннет с того дня была сама не своя: чаще молчала, меньше смеялась, всё больше думала о чем-то в одиночестве. Алва корила себя за то, что отвела её туда и окончательно испортила их отношения, но в какой-то момент Аннет взяла её за руку за завтраком и сказала, что всё хорошо. Это было как раз за день до её смотрин.
Вся семья сидела за столом в тот же день и ужинала. Меррила разговаривала без умолку, расписывая своей младшей дочери её будущего жениха. Аннет кивала и охала в нужных местах.
― Я всё ещё против этого, если вам интересно, ― сказала Алва, когда её мать замолчала.
― Нам неинтересно. Твоя сестра должна выйти замуж за достойного человека, а не сидеть в девках, как ты, ― ответила Меррила.
― Твоя мама права, Алва. Нужно пристроить Аннет поскорее, потому что тебя уже никто не возьмет, ― вмешался отец.
― Пристроить... Взять... Она что, корова? Мешок с мукой? Почему никто не спрашивает, чего хочет Аннет?
― Я готова выйти замуж, Алва.
― Ох, а ты почему молчишь, болван? ― Алва толкнула жующего брата. ― Твою сестру хотят кому-то отдать, скажи им что-нибудь!
― Я-то тут причем? Она сама хочет, как видишь!
― Где она сказала, что хочет? Она просто сказала, что готова!
― Это не значит, что она против.
― Она просто боится сказать, что она против!
― Я вообще-то здесь, ― тихо сказала Аннет.
― Замолкните оба! ― воскликнула Меррила. ― Мы с вашим отцом всё решили. Я поговорила с Аннет. Завтра приедет Монти со своей семьей, и мы все вместе договоримся, когда проведем свадьбу.
― Монти? ― спросила Алва. ― Что за собачье имя!
― Хватит!
Утром Меррила громко раздавала указания своему мужу и сыну насчет готовки. Алва проснулась позже всех и ещё долго сидела на кровати, боясь спускаться вниз, но мать вдруг воскликнула, будто узнав, что её старшая дочь уже не спит:
― Алва! Помоги Аннет помыть её волосы и завяжи ей косу!
На улице было прохладно, но не настолько, чтобы греть воду дома. Алва нашла сестру сидящей на траве недалеко от огня. Девочка что-то рисовала палкой по земле. Мимо них по дороге соседка тащила под мышкой поросёнка. Сестры поздоровались. Алва попыталась увидеть на лице сестры недовольство или волнение, но Аннет выглядела, как обычно.
― Ты уже смирилась с тем, что твоего будущего мужа будут звать Монти? ― весело спросила Алва и села рядом.
― Да, я буду звать его Монтик.
― О, Шестёрка, это ужасно, ― рассмеялась девушка. ― Ты точно этого хочешь? Я могу что-нибудь сделать, и он просто уедет.
― Мама этого не переживет. Алва, не беспокойся. У меня, конечно, нет выбора, но где-то внутри мне кажется, что я этого хочу.
― Ты же будешь писать нам письма?
― Алва, ты не умеешь читать...
― Я научусь специально для этого! Ну, или буду просить маму. ― Алва обняла сестру. ― Всё будет хорошо, Аннет. Я буду с тобой, что бы ни случилось.
― Я знаю.
Вода в котле забурлила, и Алва понесла его домой. Она смешала в бадье теплую воду и села дожидаться Аннет. За дверью Меррила готовила платье для дочери, недовольно ворча, а Доминник возмущался тем, что из-за подготовки сидит дома. Девушка уже и забыла про мага в городе и сейчас думала только о своей сестре.
"Сегодня важный день для неё, ― думала Алва. ― Надеюсь, этот Монти будет умен под стать ей и будет не слишком взрослым. Надеюсь, он ей понравится и полюбит её в дальнейшем. О, Великая Шестёрка, даруй моей сестре счастливый брак и долгую-долгую жизнь".
Аннет сидела в бадье, а Алва медленно и аккуратно расчесывала мокрые волосы сестры. Темными прядями они падали на тощую спину девочки, прикрывая выпирающие позвонки. Алва умело заплела косу, и в комнату ворвалась Меррила.
― Приходил гонец и сказал, что всем срочно нужно быть на городской площади, ― недовольно сказала она.
Аннет вылезла из бадьи и сказала сестре, что придет позже, как оденется. Алва кивнула и вместе с семьей направилась к Нандету. Меррила по пути умудрилась переговорить со всеми соседками, рассказать о сегодняшних смотринах и поделиться новыми слухами. Алва шла рядом с отцом и слушала истории о его молодости, которые уже слышала бесконечное количество раз.
― И когда твоя мама упала в реку, я прыгнул с моста за ней и донес её на руках до дома, а она тогда между прочим была беременна твоим братом...
К площади лениво стекались люди. Алва подошла к прилавку с фруктами и купила два яблока. Она встала подальше от площади, что дождаться Аннет, которой всё не было.
― Алва! ― крикнула Нова и помахала подруге издалека. Она стояла рядом со своим мужем, а потом быстро что-то сказала ему и устремилась к Алве.
― Здравствуй, Нова, ― сказала Алва и протянула яблоко подруге. ― Будешь?
― О, нет, спасибо. Всё равно скоро обед. Кстати, смотрины у Аннет сегодня же, если мне не изменяет память?
― Да, сегодня. Приходи вечером доедать еду, которая останется после торжества. И Каллеба захвати, если встретишь, а то я его в толпе не нашла.
― Обязательно приду. Вы с ним до сих пор не разговариваете?
― Нет, ― Алва покачала головой. ― Он слишком занят своими новыми делами, о которых даже ничего не рассказывает! Кстати, попробуй догадаться, как зовут будущего жениха Аннет, ― весело добавила она.
― Хм. ― Нова серьезно задумалась. ― Фредерик? Джонни? Мэтью? Пол? Ральф?..
― Монти!
― О, что за собачье имя... ― ответила Нова и скорчилась.
― Вот и я так же отреагировала.
Толпа на площади затихла, и послышался голос эрла.
― По-моему там что-то начинается. Ты идешь? ― спросила Нова.
― Я Аннет жду, она должна скоро подойти.
― Да подойдет, не волнуйся. Пойдем, а то так пропустим всё самое интересное! ― Девушка схватила Алву за руку и потянула к эрлу через толпу.
Он стоял всё на той же сцене и был на удивление радостен. Рядом с ним стояла Ина и, держа руки за спиной, грозно оглядывала жителей. За ней стояло два широкоплечих Охотника.
― Наконец-то в Нандет заглянули хорошие новости! ― прокричал эрл. ― Дорогая советница королевы, с которой вы все уже знакомы, Ина, глава ордена Охотников, готова сообщить вам одну важнейшую новость, которую мы все так долго ждали...
― Завязывай уже, ― буркнула Ина.
― Да-да, конечно. Прошу.
― Дорогие жители Нандета и ближайших к нему деревень, я рада сообщить вам, что опасность миновала, и я со своими умелыми Охотниками нашла и поймала мага!
Алва зачарованно смотрела на Ину, Нова дергала её за руку и что-то яростно шептала. Все кругом толкали друг друга, переглядывались и переговаривались.
― Дайте пройти пленнице!
Все оглянулись и расступились перед идущими. Какая-то женщина закричала от ужаса, кто-то быстро ушел с площади. Поднялся гул.
― Алва, ― прошептала Нова и дернула подругу за руку. ― Посмотри.
Алва повернула голову и увидела Каллеба, который тащил за предплечье Аннет. Вода капала с косы её мокрых волос, оставляя темные пятна на красном платье. Сёстры встретились глазами, и у Алвы вдруг закружилась голова.
― Прости, ― одними губами прошептала Аннет. Алва схватилась за плечо Новы, которая что-то говорила подруге. Все люди рядом с Алвой отошли на несколько шагов.
― Прошу подойти членов дома Линтар, чтобы отречься от своей магессы-родственницы. ― Голос Ины вдруг раздался со всех сторон. Алва увидела, как её сестра смиренно шла к Ине.
― Нет! ― крикнула Алва и бросилась к Каллебу. Она схватила Аннет за плечи и попыталась вырвать её из рук парня. ― Предатель! Отдай мне мою сестру! Как ты мог! ― Алва не могла поверить, что это её голос. Будто кто-то вместо неё кричал на Каллеба.
Один из Охотников повалил Алву ударом в лицо. Кровь застелила ей глаза и потекла по лицу на землю. Алва смутно краем глаза увидела рыдающую мать и снова вскочила на ноги, протирая лицо рукавом.
― Ты сказал мне, что никто не пострадает! ― воскликнула Аннет и вырвалась из рук Каллеба. Из рук полились струи огня. Каллеб в ужасе отпрянул. Толпа начала разбегаться в разные стороны с криками.
― Схватить магессу немедленно! ― воскликнула Ина и обнажила меч. Один из Охотников схватил Аннет сзади. Алва с разбега толкнула его, и они втроем свалились на землю. Аннет вырвалась и отползла от сестры.
― Алва, прошу тебя, не надо сопротивляться! ― сказала она. ― Я надену браслеты, но пусть они не трогают мою сестру!
Алва хотела встать, но Ина приставила к её горлу меч и сказала:
― Не мешайся, девочка, и отрекись от своей сестры, если хочешь и дальше жить.
― Никогда, ― не мешкая ответила девушка.
― Алва! Подумай! ― воскликнула рыдающая Меррила. ― Алва, ты нужна мне живой. Отрекись, как сделали все мы.
― Что вы сделали? ― закричала Алва. ― Ты отреклась от Аннет? Она твоя дочь! Ты не можешь просто от неё отказаться! Я никогда так не поступлю с ней.
― Заберите их! Заберите их обеих! ― выкрикнула Меррила и зарыдала пуще прежнего.
― Послушай маму, Алва, или я проткну тебе горло.
Алва посмотрела на измученную Аннет, которую держали Охотники, и сказала:
― Никогда.
Ина ухмыльнулась и покрепче сжала рукоять меча, готовясь нанести удар.
― Ещё хоть шевельнешься, и моя стрела войдет тебе точно между глаз. ― Будто из неоткуда рядом оказалась высокая рыжая девушка.
― Угрожаешь советнице королевы, эльфийка? Я тут делаю свою работу, а ты иди, куда шла.
― Кто дал тебе права вершить суд над невинными? Её нужно доставить в столицу и судить так, как подобает. Или ты хочешь, чтобы о твоих зверствах узнала Владычица Церкви? ― сказала Ливандра и подошла вплотную к Ине. ― Убери меч в ножны и уезжай.
― Я сама расскажу ей о так называемых зверствах и о твоем неподчинении, эльфийка, ― ответила Ина, злобно смотря на неё, и убрала меч от Алвы. ― Магессу в телегу и поехали!
― Нет! ― воскликнула Алва и резко поднялась на ноги. В глазах потемнело. Она пошатнулась и схватилась за руку Ливандры.
― Алва, всё будет хорошо, ― сказала эльфийка. ― Всё будет хорошо.
Алва смотрела, как её сестру силой затолкнули в телегу и увезли. Смотрела, как толпа вновь собиралась, чтобы поглазеть на магессу. Смотрела, как её мать, рыдая, собирала вещи Аннет и бросала в костер на улице. Смотрела, но не верила.
Они сидели на берегу южной реки. Нова бережно протирала от крови лицо Алвы. Рядом стояла Ливандра и кидала камушки в воду, не решаясь нарушить молчание.
― Я не понимаю, ― прошептала Алва. ― Она не сказала мне. Она ничего мне не сказала...
― Она боялась, ― ответила Ливандра.
― Она думала, что я расскажу кому-нибудь? Но я бы никому не сказала! Мы бы уехали. Мы бы уехали, побери меня Шестёрка, и никогда не вернулись!
Нова обняла Алву и положила голову ей на плечо. Она не знала, что сказать ей, потому что сама не верила в происходящее.
― Я должна что-то сделать. Я не могу просто сидеть на месте. Она моя сестра. Я обещала ей, что всегда буду рядом.
― Что-то нельзя изменить, Алва, ― сказала Ливандра.
― Кто ты вообще такая, чтобы мне такое говорить? ― грубо ответила Алва, вставай с земли.
― Я спасла тебе жизнь, если ты забыла... ― Эльфийка грозно посмотрела девушке точно в глаза.
― Я об этом не просила.
― Алва, она может нам помочь, ― тихо сказала Нова.
― Мне не нужна её помощь. Я сама справлюсь, ― сказала она и пошла через кусты к дороге. Нова побежала за ней.
Алва точно знала, что у неё есть план, но пока не знала какой. Она перебирала сотни возможных вариантов и не могла выбрать подходящий.
― Алва, ― она услышала до боли знакомый голос прямо перед собой. Каллеб переграждал ей путь.
― Ты, ― прошипела девушка.
― Я тебе всё объясню! ― воскликнул парень и потянул к ней руку. Девушка отпрянула.
― Нет. Мне не нужны твои объяснения. Ты убил мою сестру! Ты убил её, понимаешь? Ты завязал на ней петлю! ― Алва кричала и рыдала одновременно.
― Она магесса. Разве ты не понимаешь?..
― Нет! Она моя сестра!
Каллеб что-то хотел ей ответить, но она снова закричала:
― Не подходи ко мне! Больше никогда не подходи! Я желаю тебе сдохнуть в канаве! Тебе, Ине и проклятой королеве!
― Алва, ― тихо сказала Нова и дотронулась до её плеча сзади. Алва яростно скинула её руку.
― Хочешь убить меня? ― спросил Каллеб. ― Давай! Я весь твой! ― Он раскинул руки и подошел к Алве. Девушка отвернулась в сторону и вытерла слезы рукавом, а затем с размаху ударила его по лицу.
Каллеб опешил и схватился за нос. Это был не свойственный для Алвы удар. Он чувствовал, как она зла, поэтому отступил, но запнулся и упал на дорогу. Алва, не думая, прижала его к земле. Она посмотрела ещё раз ему в глаза и снова ударила. А потом ещё. И ещё. Каллеб даже не сопротивлялся. Она била его, пока кожа не слезла с костяшек пальцев, пока рука не ослабла настолько, что девушка даже не смогла поднять её. Алва слезла с него и села рядом, смотря на свои окровавленные руки. Нова всё это время стояла позади и хотела подбежать к парню, но, увидев его лицо, на котором не было ни одного живого места, испугалась и передумала.
Алва посмотрела на то, как Каллеб попытался встать, как он осторожно потрогал лицо и как он сплюнул кровь, и заплакала, уткнувшись в свои руки.